להבין ביאור הדברים ע״פ אני ישנה ולבי ער כו׳

Маамар объясняет стих из «Песни песней», в котором невеста — народ Израиля — говорит, что спит, но сердце её бодрствует; стих будет разбираться по фразам. Начинается объяснение с нисхождения души: каждая душа нисходит с определённого Б‑жественного уровня. Так, душа Авраама, чьим качеством была любовь, пришла из мира любви.

У Б‑жественной души есть десять собственных сил — интеллект и эмоциональные качества, — и они облечены в десять соответствующих сил животной души. Когда Б‑жественная душа пробуждает свою любовь и трепет перед Б‑гом — будь то врождённая любовь, влекущая к Б‑гу, как пламя свечи устремляется к большому факелу, или любовь, рождающаяся из понимания, — это происходит внутри сил животной души.

Поскольку Б‑жественная душа действует через животную душу, та тоже увлекается этим и начинает соглашаться с этой любовью: сначала она покоряется (иткафья), а затем преобразуется (итгапха). В этом причина нисхождения души в тело: нисхождение совершается ради подъёма, который приносит это преобразование.

Чтобы показать, почему превращение животной души является восхождением, Альтер Ребе сначала указывает на её источник: лик льва и лик быка — два из четырёх ликов святых Хайот, «живых существ», несущих Б-жественную колесницу в видении Йехезкеля. Следовательно, у животной души есть святой корень.

Одни и те же ангельские существа в каждом из трёх нижних миров называются по-разному: Серафимы — в мире Брия, Хайот — в Йецире, а Офаним — в Асии. Все они принадлежат к уже очищенной святости, ибо проникнуты самоустранением перед Б-гом; даже Офаним, самые низкие из них, выражают это «с великим шумом», как говорится в утренней молитве.

Животная душа человека отличается от них: она ощущает себя отдельным существованием, оторванным от Б-га. Она происходит не от самих ангелов, а от «отбросов» и «примесей» Офаним — от того, что ещё не очищено.

Слова об отбросах Офаним в оригинале встречаются дважды, и перевод сохраняет это повторение; во второй раз уточняется, кто их очищает: Б-жественная душа. У этих отбросов, в свою очередь, есть внутренняя и внешняя стороны.

Внутренняя сторона этих отбросов — животная душа человека, обладающая собственными разумом и эмоциями; внешняя сторона — жизненная сила настоящего животного. Таким образом, животная душа человека — самая внутренняя часть того, что ещё не очищено.

Лики льва и быка сами коренятся в мире Тоу («хаоса») — первом порядке интенсивных, несогласованных светов, предшествовавшем миру Тикун («исправления»). Каббала истолковывает царей Эдома, царствовавших «до того, как воцарился какой-либо царь» над Израилем и каждый из которых «царствовал», а затем «умер», как Сфирот мира Тоу: их сосуды разбились и пали.

Вот почему животное физически сильнее человека: его жизненная сила происходит от Гвуры — силы, корень которой в мире Тоу, чьи света могущественнее светов мира Тикун. Поэтому, когда животная душа возносится, ее подъем тем выше — подобно тому, как говорят мудрецы: раскаявшиеся перед Б‑гом стоят там, где не могут стоять даже совершенные праведники.

Это очищение не совершается за один раз. Пока мы живем в этом мире, работа продолжается: одно очищение за другим.

Причина в том, что царство Б‑га распространяется на всё, включая области вне святости. Слова мудрецов о том, что, когда Израиль был изгнан в Эдом, Шхина отправилась с ним, здесь истолковываются как нисхождение Шхины в семьдесят «князей» — духовных правителей семидесяти народов — и ее облачение в них, чтобы давать им жизненную силу.

Поскольку Шхина постоянно пребывает в этих нижних силах, ее необходимо вновь и вновь возносить. Это вознесение называется высшим «питанием»; оно подразумевается в именовании «Пастырь Израиля», ведь пастырь кормит свое стадо. Сравнение здесь — с пищей, поддерживающей жизнь человека.

Пища может поддерживать жизнь человека, потому что Б‑жественное слово, дающее ей жизнь, выше, чем Б‑жественное слово в душе человека. Как учат мудрецы, человек был создан последним в порядке творения, поэтому то, что создано прежде него, происходит из более высокого источника. Так и животная душа коренится в мире Тоу, который выше порядка Тикун.

Тоу предшествует Тикун, подобно тому как те цари царствовали «до того, как воцарился какой-либо царь» в Израиле. Когда животная душа очищается, она преображается в самоустранение и становится Б‑жественной: теперь она любит Б‑га «всем сердцем твоим и всей душой твоей», всем своим желанием и наслаждением, говоря: «Кого имею я на небесах», кроме Тебя, и видя Б‑га «желанным, приятным и грозным» — словами молитв.

Цель подъема животной души — полное единение, «растворение в теле Царя», каббалистическое выражение, означающее единство с Самим Б‑гом, а не только получение отблеска Его света. Благодаря этому преображенная животная душа привлекает жизненную силу и Бесконечный свет в сосуды мира Ацилут, высшего мира.

Так прочитываются слова «И исполняйте их»: «словно вы создали Меня», ведь, привлекая Бесконечный свет в мир Ацилут, человек своим служением как бы вызывает там раскрытие Б‑га. В скобках приводится прежнее объяснение, несколько отличающееся от этого: согласно ему, сила привлекать этот свет исходила из самого корня Б‑жественной души, поскольку души «вознеслись в [мысли Б‑га]» прежде, чем было создано что-либо.

Поскольку корень душ выше жизненной силы сосудов десяти Сфирот, души способны привлекать Бесконечный свет в эти Сфирот. В скобках также упоминается маамар к стиху «На восьмой день он отпустил»; здесь утверждается, что верны оба объяснения — одно, исходящее из корня Б‑жественной души, другое — из очищения животной души, — и предполагается, что им соответствуют два уровня: «сестра моя» и «возлюбленная моя», которые будут объяснены далее в этом маамаре.

Поскольку Б‑г получает очищенную животную душу, Он именуется «сердцем», как сказано: «Скала сердца моего». Далее приводится физиологическая аналогия, которой пользуется Алтер Ребе: печень «варит» кровь и посылает в сердце ее лучшую часть; сердце затем закрывается, а впоследствии сила из мозга открывает его.

Когда сердце открывается, кровь вытекает из него в легкие, а оттуда — ко всем органам. Подобным образом Б‑г, «сердце», получает то, что восходит благодаря пробуждению снизу: животную душу, очищенную настолько, что она любит Б‑га «всем сердцем своим».

Это приношение снизу называется вознесением МАН — «женских вод», каббалистическим термином для инициативы снизу, вызывающей ответ свыше; оно подобно очищенной пище, лучшую часть которой печень посылает в сердце. В ответ нисходят МАД — «мужские воды», — поток от высшей Хохмы. Подобно тому как мозг открывает сердце, этот поток открывает высшее сердце, чтобы заключенная в нем жизненная сила нисходила в миры.

Как сердце бьется, попеременно закрываясь и раскрываясь, так и Б‑жественная жизненная сила пульсирует в движении «бегство и возвращение» (рацо вашов): она устремляется вверх, а затем течет обратно вниз. Образ бьющегося сердца подготавливает объяснение в следующем абзаце слов «голос возлюбленного моего стучит» — дофек, слово, которое также означает «пульсирует».

Первые слова стиха теперь относятся к изгнанию: «Я сплю» описывает состояние, в котором, как сетует псалмопевец, «знамений наших мы не видели». Оба направления описанного выше круга ослаблены: вознесение снизу не совершается в полной мере, не вполне «всем сердцем», а поток свыше не раскрывается явно, поэтому Б‑жественность не видна телесными глазами.

Во времена Храма Б‑жественность была видна: огонь сходил с небес на жертвенник; о нём говорили: «лев, пожирающий жертвы». Совершались и открытые чудеса, как у моря, где Израиль «увидел великую руку». В изгнании всё выглядит естественным, будто «мир следует своим обычным порядком».

И всё же «сердце моё бодрствует». Изгнание уподобляется сну именно потому, что спящий полностью жив, а закрыты у него только глаза; так и в изгнании вознесение и нисхождение продолжают происходить, но остаются сокрытыми.

Мудрецы учат, что ежедневные молитвы установлены вместо храмовых жертвоприношений, поэтому молитва ныне выполняет то, что прежде совершали жертвоприношения. Различие в том, что Б‑жественность, нисходившая посредством жертвоприношений, раскрывалась явно.

В молитве тот же поток нисходит сокрыто. Это ведёт к следующим словам стиха: «голос возлюбленного моего стучит». Слово дофек, «стучит», означает также «пульс»: пульс, ощущаемый на запястье, — внешнее проявление биения внутри сердца; оба возникают благодаря потоку от мозга к сердцу.

То же происходит наверху: «бег» нашего пробуждения снизу вызывает «возвращение» потока пробуждения свыше, и у этого потока также есть внутренний и внешний аспекты. Внутренний аспект — дарование Торы, которую Б‑г «утвердил в Яакове» и «положил в Израиле».

Письменная Тора исходит из интеллекта Абы (Хохмы), а Устная Тора — из интеллекта Имы (Бины); этот поток достигает самого сердца, его внутренней глубины. В скобках приводится ссылка на комментарий Рамаза — рабби Моше Закуто — к отрывку из Зогара в главе Ваэра о Собрании Израиля в изгнании.

Второй поток относится к внешней стороне и исходит из «обратной стороны» (ахораим) Абы, внешнего аспекта Хохмы. Ему соответствует пульс на запястье, который бьётся так же, как сердце; этот пульс также имеет своим источником Хохму.

Поскольку пульс исходит из Хохмы, он несет в себе рисунок гласных огласовок, таких как камац и патах. В «Ликутей Тора» Аризаля на раздел «Вайера» и в «Мишнат хасидим» описывается, как эти рисунки в пульсе раскрывают, какой изъян лежит в основе болезни.

Гласные огласовки относятся к Хохме, где пребывает Бесконечный свет, ибо этот свет пребывает только в Хохме. Поэтому пульс исходит оттуда.

Но пульс исходит с «тыльной стороны» Хохмы. Буквы слова דפק (дофек) соответствуют числу 184 (קפ״ד) — сумме «тыльной» формы имени Ав: Авая, написанного с буквами йуд, числовое значение которого равно 72, записывается буква за буквой с постепенным наращиванием: 20 + 35 + 57 + 72 = 184. В скобках указано место в «Эц хаим».

Этот уровень «тыльной стороны» — корень пкиды, «вспоминания» Б-гом, приводящего к рождению, как сказано: «И Авая вспомнил (пакад) Сару». Слово пакад (פקד) складывается из тех же букв, что и число 184 (קפ״ד). С одной лишь внутренней стороны у Сары «не было ребенка».

Ребенок мог быть ниспослан Саре с тыльной стороны Хохмы, однако внутренняя сторона не может сойти по цепи миров и привести к рождению внизу. То же сказано в «Ликутей Тора» Аризаля на раздел «Вайера».

Внутренняя сторона Абы не нисходит; только с ее тыльной стороны нисходит «вспомнил Сару». Так же и обещание избавления — «Я воистину вспомнил о том, что с вами сделали» — достигло даже Египта, самого низкого из мест.

В скобках имеется ссылка на «Эц хаим», где говорится о внутренней стороне Абы, о которой сказано: «Но лица Моего не увидеть»: сейчас она сокрыта и раскроется лишь в грядущем мире. Поэтому мудрецы говорят, что именно «в будущем» Израиль скажет Ицхаку: «Ибо ты — наш отец»; для дополнительного объяснения приводится маамар «И будете есть, поедая».

Вторая фраза стиха — «Открой для Меня». Мудрецы понимают её как слова Б‑га, обращённые к Израилю: откройте для Меня проход величиной с ушко иглы, и Я открою для вас проход шириной со вход в Улам — большой портик перед святилищем Храма.

Как сообщает Мишна, у всех ворот Храма были двери, кроме входа в Улам. Двери, которые иногда закрыты, а иногда открыты, символизируют пробуждение свыше, соответствующее пробуждению снизу: когда мы пробуждаем себя, дверь открывается.

Наше пробуждение может достичь лишь Хохмы — первого уровня цепи нисходящих миров, поскольку «Ты создал всё с помощью Хохмы». С этого уровня наша инициатива может вызвать ответ свыше.

Однако Кетер, Венец, находится выше всей цепи нисходящих миров. В скобках напоминается более раннее объяснение к словам «Выходите и смотрите»: Кетер не входит в число десяти Сфирот, которые начинаются с Хохмы, и даже поток из Кетера в Хохму приходит посредством «скачка», а не постепенного нисхождения.

Как же тогда наше поднятие майин нуквин может вызвать майин духрин из Кетера? Оно не может этого сделать: исходящее оттуда приходит само собой. В скобках даётся ссылка на маамар «И Авая шёл перед ними днём» в разделе Бешалах, где эта тема разбирается подробнее.

Вот почему у входа в Улам вовсе не было дверей: он всегда открыт сам по себе, подобно свету Кетера, который не зависит от того, откроем ли мы его.

И всё же свет Кетера нисходит и раскрывается лишь после того, как внизу достигнута полнота — на уровнях от Хохмы и ниже; только тогда там пребывает и то, что выше цепи нисходящих миров.

В служении человека это означает следующее: когда человек делает всё, на что способна его душа, используя разум и чувства — любовь и трепет, — тогда высшая Воля, которой ничто в человеческой душе не может соответствовать или которую она не может породить, нисходит сама собой.

Так было в Храме: даже чтобы добраться до открытого входа в Зал, нужно было пройти через несколько ворот с дверями.

Достигнув самого входа в Зал, уже нечего было открывать, поскольку дверей у него не было.

Шавуот служит параллелью: в этот праздник сияет свет Кетера, который является пятидесятыми из пятидесяти врат Бины. Поэтому в стихе сказано: «Отсчитайте пятьдесят дней», хотя, как объясняется в следующем абзаце, отсчитывают только сорок девять.

При отсчете Омера считают только сорок девять дней; каждый день посредством слов «Сегодня один день» и так далее нисходит одна из сорока девяти врат Бины. Сам пятидесятый день — Шавуот — вообще не считают.

Пятидесятые врата не считают, потому что ничто из совершаемого внизу их не достигает; наш счет не может нисвести их. Они приходят сами собой, подобно свету Кетера, описанному в предыдущем абзаце.

И все же пятидесятые врата приходят лишь после отсчета сорока девяти дней, то есть после того, как мы нисвели все пробуждение свыше, нисведение которого доступно человеческим усилиям.

Когда внизу достигнута завершенность в пределах цепи нисходящих миров, лишь тогда то, что выше и цепи нисходящих миров, и нашего собственного пробуждения, нисходит само собой.

Это объясняет, почему в стихе сказано: «Сосчитайте пятьдесят дней», хотя мы считаем только сорок девять: Писание засчитывает нам нисведение пятидесятого дня, поскольку, хотя наш счет не может его достичь, его раскрытие зависит от того, что мы сначала отсчитали сорок девять дней.

То же относится к словам «Откройте для Меня проем величиной с игольное ушко»: вся цепь нисходящих миров — всё, что может открыть наше служение, — не больше игольного ушка по сравнению с Высшей волей, которая затем открывает «подобно входу в зал».

В этой пространной вставке сначала отсылают к концу маамара «И взял Корех», а затем объясняют, почему вход в зал был высотой в сорок локтей: сорок — это дважды двадцать, числовое значение буквы каф. Каф также отличает слово анохи от ани — двух еврейских слов со значением «я»: ани относится к уровню Малхут, к Б-жественному «Я», обращенному к мирам.

Анохи, содержащее дополнительную каф, соотносится с Кетером — это более возвышенное «Я», подобно тому как «Царь царей» выше царя. Буква каф связана с Кетером двумя способами: она является первой буквой слова Кетер (כתר), а слово эсрим, «двадцать», которому соответствует числовое значение каф, равно 620 — числовому значению слова Кетер.

В Писании дважды повторяется слово «Я, Я» (анохи анохи), как дважды повторяется слово «превознесён» в Песне у моря. Это повторение указывает на два уровня Кетер: его высшую сторону — нижний уровень Самого Эмана́тора — и его нижнюю сторону, корень, из которого исходят эманированные уровни.

В Талмуде, когда Моше спросил Б‑га о рабби Акиве, ему дважды ответили: «Молчи; так (ках) возникло в Моей мысли». «При Эц Хаим» истолковывает слово ках (כך) как два каф; речь идёт о тех же двух буквах каф, на которые указывал вход в Зал высотой в дважды по двадцать локтей. В скобках эта мысль связывается со стихом о грядущем времени.

Стих «Вот, раб Мой преуспеет… и возвысится чрезвычайно» говорит о высоте, которая раскроется в будущем. Эта высота и есть вход «подобный входу в Зал», который Б‑г обещает открыть. Слово «улам» также означает силу; оно встречается и в стихе: «Но (веулам), как жив Я, слава Авая наполнит всю землю».

Возвращаясь к стиху, отметим: «открытие», которого Б‑г просит от нас, имеет два уровня. Первый — «сестра моя»: естественная любовь к Б‑гу, присущая каждой душе, подобно любви брата и сестры, возникающей просто потому, что они происходят из одного источника.

Однако естественная любовь ещё не является «служением» (авода). Слово «авода» связано с обработкой кож (орот авудим): служение означает труд над собой, подобный работе кожевника над кожей, труду раба или несению тяжёлой ноши. В Зоаре говорится о «служении любви».

Служение означает изменение своей природы и привычек, как объясняется в «Тании», гл. 15. Это второй уровень слов «Откройся для меня» — «возлюбленная моя» (раяти), слово, связанное с миръэ, «пастбище»: животная душа подчиняется и преобразуется, пока не становится пищей и пастбищем для святости.

Это подобно пище, которая переваривается и становится частью того, кто её ест. Такое преобразование происходит благодаря размышлению разума о бесконечном величии Б‑га, перед Которым «всё — ничто», и требует подлинного труда души и тела, как объясняется в «Ликутей Амарим» («Тании»).

Третий уровень — «голубка Моя», он выше уровня «возлюбленный Мой»: это постоянное созерцание славы Царя. О нём сказано: «Глаза человека не насытятся», а под «человеком» здесь подразумевается «великий человек среди исполинов», которого мудрецы отождествляют с Авраамом.

О том, что Авраам шёл, «идя и странствуя», говорит Тора; эти слова описывают непрерывное движение «бег — возвращение» в состоянии самоустранения. Мудрецы намекают на ту же постоянную свежесть, говоря: «Каждый день должны быть в твоих глазах как новые», и спрашивая: «Разве бывает старость перед Ним?»

В «Идра», разделе книги Зоар, говорится о взоре Чела высшего Лика, от которого исходят 375 (שע״ה) светов. Текст связывает это число со словом «спасения», выражением «Он взращивает спасения», а также со словом «вайиша» — «И Б‑г обратился к Эвелю» и его приношению; в этих словах присутствуют буквы шин и аин.

Этот взор — раскрытие Бесконечного света, находящегося неизмеримо выше цепи нисходящих миров; как говорит его имя Эйн Соф — «без конца», — у него нет конца.

Поскольку у света нет конца, созерцание никогда не приедается: подобно голубям, которые не устают смотреть друг на друга, душа не может насытиться. В скобках приводятся ссылки на маамары о трёх стихах, в которых говорится о глазах и зрении: «Темно-красны глаза», «Ты пленила Моё сердце одним из глаз твоих» и просьба Моше: «дай мне увидеть эту землю».

Четвёртый уровень — «совершенная моя» (тамати) — самый высокий из всех. Все три предыдущих проявляются в душе самого человека и служат исправлению этой души.

«Совершенная моя» восполняет недостающее и у других. Пример тому — Моше: поскольку его душа включала в себя весь народ Израиля, он мог исправлять за весь народ.

В каждом поколении его руководители несут ту же задачу — исправлять и восполнять недостатки и изъяны наверху. Однако это относится лишь к тем, кто происходит из общего корня души.

В стихе человек сравнивается с деревом, и, подобно дереву, общность душ имеет корни и ветви. Те, кто происходит из одного корня или одной ветви, ответственны друг за друга теснее, чем в рамках общей ответственности каждого еврея за всех остальных.

Исправление изъяна другого человека происходит посредством гилгуля или ибур, когда душа на время присоединяется к другому человеку, как объясняется в книге «Сефер а-Гилгулим». Само исправление и восполнение совершаются посредством высших единений (ихудим).

Величие уровня «совершенная моя» в том, что исправление изъяна требует привлечения нового света свыше, а именно Бесконечного света, называемого «совершенством всего». Поскольку он восполняет каждый изъян и недостаток, этот уровень называется тамати — от слова там, «совершенный».

В скобках говорится, что четыре уровня из стиха соответствуют уровням имени Авая в душе, как объясняется в маамаре на слова «Смотри, я предлагаю вам сегодня благословение». В этом месте на иврите перечислены лишь три из четырёх названий: «голубка моя» не упомянута.

Следующие слова стиха — «ибо голова моя наполнена росой». Именно роса приводит в действие все четыре описанных выше уровня; в отличие от дождя, роса никогда не удерживается. Здесь отмечается, что Элиягу вызвал удержание лишь дождя, но не росы.

Роса никогда не удерживается, потому что исходит с уровня, намного превосходящего цепь нисходящих миров, из того же источника, откуда нисходила к Израилю манна. Каббалисты называют ее тала ди-ведолха — «хрустальная роса»; это один из семи тиккуним Гульгальты, высшего «Черепа», объемлющего скрытый мозг.

Здесь приводится пример влаги в человеческом мозге — духовной «воды», в которой пребывает сила интеллекта. Так и наверху хрустальная роса — это влага Моха Стимаа, скрытого мозга, то есть сокровенная мудрость, заключенная глубоко внутри Кетера.

Поскольку эта роса находится выше самого начала цепи нисходящих миров, грех и беззаконие не могут ее удержать: она не зависит от нашего пробуждения снизу. Таков смысл обещания Вс-вышнего: «Я буду для Израиля как роса».

Это исключительно пробуждение свыше, которого наше пробуждение не может достичь. Но чтобы его поток вошел во внутреннюю сторону миров, внизу вновь должна быть полнота; тогда он сам собой пребывает там в раскрытом виде.

В стихе две части: «голова моя полна росы», ибо роса облачается в Хохму, «голову»; а «локоны его — капли ночи» относится к уровню волос.

Волос служит образом того, как миры нисходят от Бесконечного: волос переносит жизненную силу от головы, но лишь тонкой струёй, а не сам мозг. Есть два вида нисхождения, и первый — это облачение парцуфим, Б-жественных «конфигураций», друг в друге.

При этом первом виде каждый уровень облачается в следующий, как у человека мудрость облачается в эмоции, а эмоции — в мысль, так что высший уровень присутствует внутри низшего.

Второй вид — нисхождение миров от Бесконечного света, стоящего выше всей цепи нисходящих миров. Здесь Бесконечный вовсе не облачается, ибо «никакая мысль не может постичь Его»; исходит лишь сияние, тогда как Его сущность в нём не облачается.

Каббалисты не нашли для такого сияния лучшего образа, чем волосы: они имеют опору в голове и черпают из неё питание, но являются лишь излишком мозга, а не самим мозгом. Эти волосы — тринадцать тиккуним бороды, «украшений» высшего Лика.

Тринадцать тиккуним — это Тринадцать атрибутов милосердия, например: «Авая, долготерпеливый». Такие атрибуты не относятся к Б‑гу в том, что касается Его Самого, ибо перед Ним мир вовсе не занимает места.

Они относятся лишь к сиянию, которое исходит, чтобы привести к возникновению источника цепи нисходящих миров. Слово «локоны» (квуцот) связано со словом «коц» — тонким кончиком буквы: эти волосы подобны маленьким йодам и вавам, одним лишь кончикам, то есть минимальному сиянию.

Поэтому в стихе говорится о «каплях ночи»: роса, падающая ночью, разбивается на капли, чтобы нисходить через волосы, — ведь Бесконечный свет достигает миров лишь как тонкое сияние.